Олег Северюхин

Улица Цветочная

Путник

Потерпи, мой верный спутник,

До привала далеко,

Я всего лишь бедный путник

И шагаю босиком.

Я был ветреным гусаром,

Конь, товарищи и честь,

Был грозой для дам недаром

И моих побед не счесть.

Награжден я был любовью,

Но ее я погубил,

Я поверил пустословью

И мне белый свет не мил.

Я спешу на богомолье,

На мне тяжкие грехи,

Один хлеб мое застолье,

Покаянные стихи.

Ключ

Я качаюсь беспечно в кресле,

Про себя о тебе улыбаясь,

Будто чувства наши воскресли

И стоит на дворе вечер мая.

Почему мы с тобою так маялись,

Как на речке два парохода,

То один из нас обгоняет

И другому закроет проходы.

На реке мы как два капитана,

Один рулит вперед, другой рвется назад,

Ну и что из того, что ты дама

И не делай навыкат глаза.

Если хочешь, давай разбежимся,

Выбирай для себя океан,

Ты на мостике словно актриса

И твой боцман турецкий султан.

Поживу в тишине я в каюте,

Рядом кот мне стихи намурлычет

И стоит на окне цветик-лютик,

Пока в доме не скрипнет паркет.

Кто там? Воры ли двери открыли,

Может, сон и я все еще сплю,

Только все о тебе мои мысли,

Я и жду, когда звякнет твой ключ.

На смерть Артиста

Врачи ему прямо сказали,

Что может помочь только Бог,

Стоял он один на вокзале

В начале последних дорог.

Летел он по жизни кометой,

Как пуля куда-то в мишень,

Он не был испорчен монетой

И ведал, почем трудодень.

Он был королем и влюбленным,

Был весел и плакал в тоске,

И был одинаково скромным

С портретом своим на доске.

Судьбу свою встретил он стойко,

Боролся за жизнь, сколько мог,

А мир все крутился у койки

И был еле виден сквозь смог.

За что все случилось так рано,

За боль пережитых сердец?

И разом открылись все раны,

И титры экрана "КОНЕЦ".

А, может, то снова начало,

Еще раз допить, долюбить,

На лодке, что ждет у причала,

По вечности тихой уплыть.

Улица Цветочная

Я бывал в параллельном мире

И гулял по Цветочной улице,

Пиво пил в настоящем трактире

Чай стоял на огромном блюдце.

В обиходе язык старинный,

Словно все начитались Толстого,

И поэты встречались в гостиных

До обеда, в начале второго.

И у дам не болтаются груди,

И пупки у них скрыты блузкой,

Не натурщицы разных студий,

Представители нации русской.

И театр, как очаг культуры,

Не плескают водой со сцены,

Не снимают штаны в натуре,

Воспитанию знают цену.

Кто из нас тогда настоящий,

То ли мы в современном мире,

То ли он, за стеклом стоящий,

Опираясь рукой на рапиру.

Давайте возьмемся за руки

И сдвинем все горы с пути,

Придут к нам друзья и подруги

И все, кто захочет пойти.

Мы сила, когда мы все вместе,

Один для себя лишь поет,

И нужен жених для невесты,

И свадьба, что счастье несет.

Мы выстроим солнечный город

И света в нем хватит на всех,

И вновь заскучаем мы скоро

О нашей природной красе.

И снова полезем мы в горы,

По рекам на лодках пойдем,

И зимней порой разговоры

Польются веселым дождем.

Полуночная звезда

В воскресенье на крещенье

Сели девки погадать

И под общее веселье

Стали валенки бросать.

В дверь вошла парней орава,

Каждый валенок несет,

Восемь левых, один правый,

Сказал точно звездочет:

Каждый счастье выбирает,

Как предсказано судьбой,

С милым счастье и в сарае,

Колокольчик над дугой

Запоет о свадьбе песню,

Сваты пьяны в рушниках,

Я тебя в тулуп одену,

Внесу в церковь на руках.

Ты – судьбы моей подарок,

Один раз и навсегда,

И горит на небе ярко

Полуночная звезда.

Песня

Я косу у стола расплетаю

И сквозь слезы я песню пою,

Отчего же любовь улетает

И живет где-то в дальнем краю.

Не зовут меня просто любимой,

И вообще никуда не зовут,

Мое счастье проехало мимо,

Услыхав про людскую молву.

Как не любят у нас всех счастливых,

Если счастлив, то счастье украл,

И поэтому плачут все ивы

И все листья у них как слеза.

Может, счастье мое мне приснилось

И его лучик солнца прогнал,

А росою следы все замыло

И просохла до сердца тропа.

Я тряхну своей пышной косою

И начну новым днем свою жизнь,

Полюбуйтесь моею красою,

Хороши у любви миражи.

Не тоскуй

Что-то песни не поются

И подружка лишь одна,

Погадаю я на блюдце

Темной ночью у окна.

Может, свечка мне осветит,

Что записано в судьбе,

Может, леший бросит сети,

Чтоб забрать меня к себе.

Только знаю, рано утром

Убежит к себе тоска,

Дивный сон бывает мудрым

И на мне твоя рука.

Молодые

Молодым не до грамоты,

Молодые в тусовке,

По сознанию – мамонты,

Только ноги в кроссовках.

Сказки персидского кота

Мне кот рассказывает сказки

И вместе с ним приходит дрема,

Спит на пороге пес кавказский,

Храня покой и счастье дома,

А кот мурлычет о колдунье,

Что в детстве раннем колдовала,

Его украла ночью лунной

С гербом дворянским в одеяле.

Потом колдунья вдруг исчезла,

Не то сказала заклинанье,

И вот я кот на свете белом

Живу с поэтом в наказанье.

Хотя, быть может, он напишет

О принце в кошачьем обличье,

Стихи развесит на афише

И фото с кличкою в табличке.

Потом найдет меня принцесса

И поцелуем снимет чары,

Потом о том напишет пресса

И запоют для нас гитары.

Кавказская история

На Кавказе снег лавины

Сбросил в пропасть экипаж,

Девочку достали осетины,

С нею пистолет «Лепаж».

Взял себе девчонку пристав,

Старый, из лихих вояк,

Все мечтал растить джигита,

Только Бог решил не так.

И росла огонь-девица,

Вместо кукол шашка, конь,

Ликом красна, баловница,

Но посмей ее лишь тронь.

На балах была царица,

Дома – радость для людей,

И обязан тут явиться

На коне лихом злодей.

Он и вправду появился,

На груди за храбрость крест,

Ждали завтра, он сюрпризом

Проскакал через черкес.

В эполетах лейб-гусарских,

Черен глаз, закручен ус,

На боку клинок дамасский,

В снаряженье знает вкус.

И в коне его арабском

Кровь кипит, пустился б вскачь,

Во дворе привязан барском,

Тонко ржет, как будто плач,

Точно знает, что хозяин

Станет жертвой женских глаз,

Словно к дому чем привязан

Петербургский ловелас.

Только девушка спокойна,

Вид военных ей не нов,

Ей известны эти войны

У паркетных шаркунов.

Был ли ловок в котильоне

Иль в кадрили поплясал

И в гвардейском батальоне

Новый крестик засверкал.

Здесь Кавказ, летают пули,

Днем – кунак, в ночи – абрек,

И духанщик старый жулик,

И солдат как дровосек

Рубит лес, чтобы чечены

В нем не прятались в ночи,

Чтобы меньше было пленных,

Больше топлива в печи.

Пусть покажет себя в схватках,

Потом выйдет в местный свет,

Или был силен на пятках,

Показав прекрасный бег.

Утром выехали в горы,

В облаках седой Эльбрус,

Носит эхо разговоры,

Разгоняя мглу и грусть.

Вот с ближайшего утёса

Взмыл орёл, парит в выси,

Издали донёсся цокот,

Мчатся горцы на рыси.

Не уедешь, не ускачешь,

Заманила их судьба

На прогулку возле дачи

У орлиного гнезда.

И к концу подходит сказка

Про огромную любовь,

Скачи быстро, синеглазка,

Здесь сейчас прольётся кровь.

Вот мой конь, кольцо от мамы,

Всем скажи, что ты княжна,

Пусть поплачут в свете дамы,

Только ты моя жена.

Взял пистоли, зарядил их,

К боку сдвинул свой кинжал,

С честью встретит он чужих,

За невесту жизнь отдал.

Только дама рассмеялась,

Успокойтесь вы, мон шер,

Мимо группа проскакала.

Впереди был офицер.

Ваша храбрость так приятна,

Засылайте мне сватов,

Всё лицо гусара в пятнах,

Прыг в седло и был таков.

Вот сейчас конец у сказки,

Дом – жена, строй – командир,

Если женщина без ласки,

Всё же платье не мундир.

О России

Что-то родину нашу Россию

Словно пьяную бабу ведет,

То она для планеты Мессия

И ее Богом избран народ.

Побросала детей в заграницах

И домой их пускать не велит,

Мол, они иностранные лица

И для них нет свободной земли.

За своими совсем нет присмотра,

Кто-то спился, а кто-то убит,

Денег нет для лечения мора,

Все по банкам заморским лежит.

Они день приготовят нам черный,

Деньги есть на поминки души,

Так советовал дядя ученый:

Деньги в землю и вырастет шиш.

С наших денег жиреют за морем,

Да и наши имеют с них куш,

Это все заливается горем

У живущих над пропастью душ.

Что спросить у людей в «Мерседесах»,

Деготь, разве, для смазки телег,

О копейках в районных собесах,

О колясках для наших калек.

О продаже заводов за жвачку,

Об утечке мозгов из страны,

Как кидают с баксами пачки

В Куршавеле б_ядям пацаны.

Не закончились фокусы с властью,

Снова веры лишился народ,

Лабрадора с курчавою мастью

Наша Дума себе изберет.

Если скажут «Единой России»,

Изберет в депутаты коня,

Голосов наберут, как просили

«Коммунисты» из нового дня.

Губернаторов всех на посмертно

Назначают, записку пиши,

И парламент на месте инертно

Тебе песню споет от души.

Ну, продлите вы срок Президенту,

И не надо во всем мухлевать,

И стипендию дайте студенту,

А народу на все наплевать.

Про Аполлона

Однажды крутой Аполлон

Был дамой обломан слегка,

Не взяла она миллион,

Талант золотого песка.

Играя себе на кифаре,

Он видел, что будет потом,

Рассказ о большом гонораре

И шутке над старым шутом.

А, может, инфляция в мире

И цены растут на любовь,

Горды куртизанки в Пальмире

И месяцем черная бровь.

Могло бы быть все по старинке:

Светильники, явства, вино

И Поль Мориа на пластинке,

И светит луна сквозь окно.

Он даме ответил улыбкой

И сам проводил до дверей,

А встречу назвал он ошибкой,

Бывавшей не раз в сентябре.

И кто же в итоге обломан,

Совсем не седой Аполлон,

Такой же целитель с дипломом

И в каждую юбку влюблен.

***

Все наши встречи ритуальны,

Я под часами и с цветком,

А ты идешь тропинкой дальней

И машешь шелковым платком.

Зачем ты дразнишь во мне тигра,

Услышать хочешь, как рычу?

Хоть я для всех большой задира,

Но для тебя я промолчу.

Ты можешь делать все, что хочешь,

Я благороден, терпелив,

Но непростой характер кошек,

Их март сменяют феврали.

Доверие

Доверила девушка тайну мужчине,

А он был начальник и просто маньяк,

И вот он наутро без всякой причины

О тайне поведал тому, кто дурак.

И страшная тайна известна всем людям,

Доверилась, дура, ты змею в костюме,

Раскрылась пред ним как индейка на блюде,

Он первый тебе показался вдруг умным.

Ты станешь, возможно, лисицею хитрой,

Ты будешь лишь слушать, качать головой,

Пусть утром подумает пьяненький Митрий,

О чем за столом он делился с тобой.

Ты будешь хранить их в колоде, как карты,

И с легкой улыбкой внимать их вранью,

Ведь жизнь для учебы не школьная парта

И каждый получит свою же свинью.

Закончилась зимняя сказка

Как в стену уперся ветер,

На землю упали звуки,

Ты в сумку сложила веер,

Надела перчатки на руки.

Закончилась зимняя сказка

Про милых красавиц и фей

И ведьма в раскрашенной маске

На стену повесит трофей.

Красавчик

Красавец-полковник в зеленой фуражке,

Границы не видел, ни дня не служил,

Но к девушке юной рукой под рубашку:

Диплом без постели, возможно, уплыл.

Фамилию эту и должность по службе

Мы знаем прекрасно, сидит в Погран.ру,

Придется прибегнуть к училищной дружбе,

Напомнить о чести ему поутру.

В столице всегда было много пороков,

Но были в чести офицеры границ,

И судят о нас лишь по кучке уродов,

Не видя в фуражках порядочных лиц.

Конура

По миру ношусь я как ветер,

Америка, Африка, Русь,

Возможно, характером ветрен,

А, может, гоню свою грусть.

Во время своих остановок

В блокноте стихи запишу,

Заеду я к даме бубновой

Ошейник отдать Чернышу.

Мне руку лизнет друг лохматый,

Останься, тебя здесь все ждут,

Из кухни летят ароматы,

Не сдашь мне свою конуру?

Надоело жить с оглядкой

Надоело жить с оглядкой,

Прижимать везде язык,

Будто жизнь моя как гадство

И на мне висит ярлык:

Где родился и крестился,

Где и в чем я состоял,

Чьим Богам всегда молился,

Где я не был, но стоял.

Дали нам свободу слова,

Давай, парень, говори,

Все тебе припомнят снова

На допросе до зари.

Не закончим мы с царизмом

И с наследниками трона,

С одноличностным центризмом

С передачею короны.

Мы по духу африканцы,

Не наследники Колумба,

Бонапарты-корсиканцы

И в родне у нас Лумумба.

Блоги Интернета

«Одинокие» люди на блогах

Наступают друг другу на ноги,

Слышат только себя в диалогах

В проводах из любимой берлоги.

Кто-то бросил банальное слово,

Ждали все и его подхватили,

Будто чашку узбекского плова

Дали им для поднятия силы.

Пожевали, губами почмокали,

По углам в темноте разошлись,

И на дело не пущены джоули,

Все ушло в разговоры про жисть.

Сказки персидского кота

(продолжение)

Мне намурлыкал кот персидский

Легенду призрачных времен

О том как рыцарь злой и дикий

Был юной девушкой пленен.

Она дралась с ним на турнире,

Ее брат ранен, нету сил

В бою сразиться тем задирой,

Его он как-то уже бил.

Но чувство мести выше чести,

На древний род глядит народ,

На то ты князь, чтоб люди вместе

Несли твой флаг в любой поход.

Тогда сказала дочь меньшая:

Мне хватит сил, чтобы в доспехах

С копьем нестись как чаек стая

К черте бойцовского успеха.

С утра трубили ей герольды,

Подъемный блок поднял в седло,

Во времена Тристана и Изольды

В конце турнира все произошло.

Бой начался, сломались копья,

Бойцы лежат в седой пыли,

Весь знатный люд в ладошки хлопал,

Как двух артистов погребли.

Лежавший рыцарь встал устало,

Достал из ножен свой стилет,

Удар был силен, смял забрало

И первый раз он не в седле.

Его противник был недвижим

И полуснят блестящий шлем,

Копна волос, как солнце рыжих,

Ее не спутаешь ни с кем.

Отвез он рыцаршу в свой замок,

К родным пришел, просил руки,

Стояли в церкви брат и мама,

В чем счастье, знают старики.

Шерлок Холмс

Я ваш знакомый виртуальный,

Моя визитка - Шерлок Холмс,

Вот моя шляпа, я реальный

И даже запах свой принес.

Я к вам приехал для охраны

Как самый лучший детектив,

Встаю я утром очень рано

Играть на скрипочке мотив

Для размышленья о грядущем,

О разных формах бытия,

О том, какие наши души

И как вращается земля.

Моя постель давно остыла,

Никто мне кофе не несет,

Согрет я нежностью текстиля

И жизнь моя совсем не мед.

Мне незнакомо слово «тайна»,

Я в деле сыска как король,

Как у морского капитана

В делах семейных просто «ноль»

Для ваших глазок доктор Ватсон

Пропишет капли разных трав,

Вас успокоит нежным басом

И скажет, что всегда я прав.

Вот потому я одинокий,

Что знаю всё и обо всём,

Знаток имеющихся -логий

И неудачно был влюблен.

О ней мечтаю вечерами

И для нее пишу стихи,

Я прихожу к ней только снами,

Туманом утренним реки.

Помпадуры и помпадурши

Ходят, бродят пилигримы,

На лице из сажи гримы,

Снег покрасят в черный цвет

И лица под гримом нет.

Есть лишь черная душа,

Ей цена-то три гроша,

Носят деготь для медов,

Ловят петлями дроздов,

Пишут разные доносы

От рожденья анонимы,

Задают про все вопросы

И из общества гонимы.

Не отмоешь мылом душу

И мочалкой не сотрешь,

Самодурку-помпадуршу

Согревает лесть и ложь.

Если в моде Помпадуры,

То и в моде пилигримы,

Разных партий трубадуры

И цветов различных гримы.

Слепой

Слепой идет по белу свету,

Он видит мир своей рукой,

Пощупал он девчонку эту

И потерял совсем покой.

Она была стенографисткой,

Писала левою рукой,

Питалась горькою редиской

У нас в столовой заводской.

Слепые хоть они слепые,

Но любят то, в чем есть объем,

И в поведенье не святые,

Вот так мы весело живем.

Маньяком можешь ты не быть,

Но сексуальным быть обязан.

Рабинович

Маньяк (сонет)

Не пройду мимо женской юбки

И скошу на красавицу взгляд,

Так и тянутся к шпаге руки

Защищать их от всех подряд.

Миллионы в России женщин

И от всех от них сходишь с ума,

Но я трезво смотрю на вещи

И милей для души лишь одна,

Что стоит в уголке на танцах

И одета без вызова мне,

К нам пришедшая из Ренессанса

Прямо в мой полуночный сонет.

Не все то солнце, что так ярко,

Там не Ромео в лесопарке.

Мы все русские, хоть разной крови

Я других не читаю поэтов,

Не ищу недостатков в стихах,

Мои рифмы приходят к рассвету,

И всегда перед сном, впопыхах.

И не знаю, мне плакать, смеяться,

Верно, я не такой как вы все,

Мое имя не вписано в святцы

И мой предок давно обрусел.

Я как будто бывал в тех походах

Со щитами на длинных ладьях,

Со штормами в неведомых водах

И в жестоких за земли боях.

Только бурей народ мой рассеян,

Племена дали лучших им жен,

И земля называлась Россией,

И растили пшеницу и лен.

Много бед пронеслось над страною,

Войны, иго, бунты, коммунизм,

Если тучами небо закроет,

Защитим мы страну долгих зим.

Мы все русские, хоть разной крови,

Да и молимся разным Богам,

Ночью нас различают лишь совы,

Белый день – повод злости врагам.

Краски

Разными красками жизнь разукрашу,

Вот акварели и беличья кисть,

Розовой краской замажу я сажу,

Злость будет белой как гербовый лист

Кошечек черных я кистью не трону,

Ласковый зверь и удач талисман,

Я нарисую для кошки корону,

Тигр из кошачьих, а это я сам

Томных брюнеток покрашу в блондинок,

Хитрых блондинок – в каштановый цвет,

Больше не будет черных ботинок,

Все в белых фраках – таков этикет

Город раскрашу в большие цветочки,

Улицы станут как радостный сад,

В этих стихах запятые без точек,

Чтоб моя песня была без конца

Милый шалаш

Розовой краской я утро покрашу,

Брызну водой – будто дождь на стекле,

Мне не понравился милый шалашик

Где-то на поле в далеком селе.

Петь под гитару про солнце лесное

Можно недолго – неделю, ну, две,

Кончится быстро в банках мясное,

Мысли исчезнут совсем в голове.

Завтра пойдем мы в задымленный город,

В грохот машин и в тоннели метро,

В грязь тротуаров и соль на дороге,

В буквы бегущих по улицам строк.

Скоро мы вспомним шалаш на опушке,

Трель жаворонка, росу поутру,

Может, заманит какой-нибудь Пушкин

Снова построить в лесу конуру.

Время дождей

Тяжелое небо, свинцовое солнце,

Серые тени прозрачных людей,

Землю испили по капле до донца,

Соли зеленка на месте морей.

Воздух в бутылках, вода в пузыречках,

Мясо в таблетках, морковь в порошке,

Все гипермаркеты в банках-ларечках,

Деньги в копейках в бумажном кульке.

Смылась элита в больших звездолетах,

Стала «рублевка» приютом бомжей,

Ходят солдаты в защитных пилотках,

Скоро вернется время дождей.

Неслучайно случайная встреча

Встретились мы неслучайно случайно

В мартовский день в очень давнем году

Ты шла с прогулки с улыбкой печальной,

Я покатился по тонкому льду.

Бросилась ты ко мне храбро навстречу,

Так мы с тобой провалились пол лед,

Кто-то судил и неслись чьи-то речи,

Мы с тобой пили настоянный мед.

Так было сладко питье из легенды,

Плыли в тумане в неведомый век,

В памяти нашей мотки киноленты

Крутятся ночью в моей голове.

Новый мир

В новом мире сверкает солнце,

Улыбаясь из тьмы входящим,

И приятные всем незнакомцы

Живут только моим настоящим.

Я у них забываю, что было,

В темноте потерялось прошлое,

Что же сердце мое застыло

В серебристом припойном олове.

Я запел вдруг чужие песни

И стихи стал писать без рифмы,

В лабиринтах скользящих лестниц

В балахонах поют серафимы.

Я пойду назад в свою родину,

Там душа моя, там родители,

Соберу я в саду смородину,

Вот, попробовать не хотите ли?

Booker

Кто-то спичку зажег за моею спиной,

Закурил не спеша сигарету,

Это ты хотел пообщаться со мной

И узнать для успеха секреты?

Разве счастье в удаче и шуме толпы,

Ты сегодня кумир, а завтра забыт,

Из земли вырывают героям столбы

И могилы сравняли следами копыт.

Если хочешь, я дам тебе славу,

Можно на год, а можно - на пять,

Хоть навечно, не верю я слову,

Вот и нож, чтоб контракт подписать.

Будешь ты Властелином порока,

Будешь златом мне души скупать,

И страстей станешь модным пророком,

И на все будешь ставить печать.

Как червонец и надпись в нем Booker,

Она дружбе положит конец,

Сколько зла лишь в одном только звуке,

И монета, как царский венец.

Поменялись шапками цари

Есть на свете планета Россия

И живет там различный народ,

По легенде, он будет Мессия

И царям своим молится в рот.

В голос воет, когда их хоронят,

Давит слабых, чтоб лик их узреть,

Потом ходить смотреть их в хоромы,

Торопясь в мавзолей на заре.

Новый царь и корона до смерти,

Снова Гений, Учитель, Уррра!!!

Удивляется мир весь, поверьте,

Как народу нужна мишура.

Ввели должность большую – преемник,

Исполняя российский Устав,

Старый царь будет рядом смиренно,

От огромной работы устав.

И народ наш ликует запоем,

И летают везде снегири,

Видно, мир у нас странно устроен:

Свои шапки сменили цари.

Сказки Востока

Чары сказок волшебных Востока

Исчезают в тени паранджи,

Будто стихло журчанье потока

По приказу злодея-раджи.

В рубаи нам воспетые пэри

В капюшонах и в черных платках,

Может быть, я открыл не те двери

И очнулся в прошедших веках.

Эй, проснитесь, на улице солнце,

Не одни вы себе на уме,

Современными стали японцы,

Закопав «бусидо» на холме.

Селенга

Восточней Байкала большая страна,

Три тысячи сопок одна за другой,

И там проживает девчонка одна,

Зовут ее все Селенгой.

Она мне не скажет ни «да» или «нет»,

Смеется, бежит по делам,

Вчера обещала послать мне ответ,

Поехать в Даурию к нам.

Я жду ее долго и ночью, и днем,

Цветы все завяли, повсюду снега,

Примчится в апреле весенним ручьем

Девчонка моя Селенга.

Талисман

Я - праздник, открытка, подарок в фольге,

Себя перешлю я по почте к тебе,

Пусть яркое пламя в твоем очаге

Осветит дорогу к счастливой судьбе.

Меня ты положишь на дно у комода,

В конверте красивом я твой талисман,

В мундире военном одет я по моде,

Завистники скажут, что это обман.

Меня ты забудешь в заботах семейных,

Я изредка буду являться во сне,

То тенью вечерней в гостиной на стенах,

И зайчиком солнца на легкой волне.

В пути

Не умею играть на гитаре,

Мне на ухо медведь наступил,

Но зато я мужчина не старый

И не дам заскучать вам в пути.

Я не буду излишне назойлив,

К месту вставлю о дамах стихи,

Буду я в мушкетерском камзоле

И в сутане прощать вам грехи.

Телефон ваш забуду мгновенно,

Птица счастья должна быть ничьей,

Как и я в необъятной Вселенной

Всегда ваш и такой же ничей.

Capitanstory

Не играю на скрипке и флейте,

Не подвластен гитар перезвон,

Лучше водки в стакан мне налейте,

Расскажу вам вчерашний я сон.

Был на бал приглашен к королеве

И записан я с ней в менуэт,

Встал я скромно у трона налево

В блеске дам и в лучах эполет.

Шел я в паре с моей королевой,

Прикасаясь легонько к руке,

А сержант мне кричал: левой, левой!

И оркестр нам играл вдалеке.

На плацу строевом как на бале,

С автоматом «на грудь» четкий шаг,

И в манеже верхом гарцевали,

Новой жизни совсем не страшась.

А потом в офицерском собранье

Своих дам пригласим мы на вальс

И уедем служить утром ранним,

Ожидая известий от вас.

***

Мне ручка - гитара,

Чернила - вино,

Учиться я старый

И знаю давно,

Что ветром весенним

Я в дом в ваш влечу,

На сердце болезни

Собой излечу.

Мне песню споет

Юной девы душа

И в быстром полете

Мне жизнь хороша.

***

Мне душу кололи холодные иглы

Красивых на вид, но бездушных людей,

Для них как забавы жестокие игры

И каждый из них из породы вождей.

Когда они падают в грязь с пьедестала,

Встают и кричат: мы такие как вы,

И что же с породой спесивою стало,

И в гибком хребте позвонок головы.

Весна

Я влюбляюсь в тебя по весне,

Когда с солнцем играют капели.

Прихожу к тебе в гости во сне

Каждый день в непонятном апреле.

Я встречаю тебя каждый день,

Без тебя будет день не полный,

Обнимаю собой твою тень

И ласкаю волос твоих волны.

Отцветают сады по весне,

Словно снегом засыплют дорожки,

Мы встречались с тобою во сне,

Я сейчас соловей на окошке.

Другу

Именинник с усами большими,

С сединой и довольный на вид,

И заботы – палаты с больными,

Встанет вот и пойдет позвонить.

Он работал хирургом в роддоме,

В скорой помощи жизни спасал,

Его знают почти в каждом доме

И поднимут за здравье бокал.

Поднимаю и я рюмку с водкой,

Пятьдесят – это лишь полпути

В коридорах врачебной походкой,

Напевая знакомый мотив.

Пожелаем ему счастья в жизни,

Написать о себе книжки том,

Не забыть о занятьях туризмом

И чтоб полною чашей был дом.

***

На подмостках студенческой сцены

Был он Гамлет, студент Дон-Жуан,

В стройотрядах узнал жизни цену

И с друзьями делил достархан.

Мы искали в горах птицу счастья,

Ели рыбу из дивных озер,

Под брезентом сидели в ненастье,

Подпевал нам веселый костер.

Есть что вспомнить и тихо на ушко

Рассказать анекдот с бородой,

И погладить от сытости брюшко,

Позабыв, когда был сам худой.

Не раскрою больших я секретов,

Но над ним всегда солнечный луч,

Мой привет прибавь к сотне приветов

И стеклом постучи по стеклу.

***

Кто по жизни был дамский угодник,

Тот становится женским врачом,

Извини, вот такой я негодник,

Рублю правду стихом как мечом.

У врачей всегда теплые руки,

Мягкий голос и ласковый взгляд,

И пальпации громкие стуки

Ему все о больных говорят.

Много дам у него в отделенье,

Но для них он отец-командир,

Он мужчина для всех загляденье

И халат у него как мундир.

Может, будет он скоро министром,

Голос, стать, то что надо – все есть,

Станет скоро науки магистром

И ему отдавать будем честь.

А пока, давай выпьем с тобою,

Понемногу, за дружбу семей,

Все прописано в жизни судьбою,

Даже здесь у тебя юбилей.

Самиздатное

Средь колоколен, пьедесталов,

Куда ни глянь – одни столпы,

Иду по жизни я устало

В бурлящем гомоне толпы.

Все ждут, когда его погонят

С крестом на гору распинать

Того, кто ими был не понят,

Кого не грех и попинать.

Они не знают, что я с ними,

Что в стол пишу свои стихи,

Я не один под небом синим,

Скрываю рифмами грехи.

Идти приходится по тропкам,

На шляхе классики стеной,

Стоят, гудят в огромных пробках,

Считая нас простой шпаной.

Для них издательства открыты,

Для них бумага первый сорт,

И есть таблички у корыта,

И с каждой книжкой свежий торт.

Их не погонят на Голгофу,

Для них кресты покрыты лаком,

Рабы на случай катастрофы

И к чаю утром булка с маком.

Толпа желает хлеба, зрелищ

И кровь низвергнутых кумиров,

А крысолов своей свирелью

Уводит в сторону банкиров.

Кому-то снова жребий бросят

Войти в толпу на пыльный шлях,

Пиджак в цветок и папироса,

И титул пышный в вензелях.

Одноклассники

Времена, времена, времена,

Вот девчонки играют в классики,

Я не помню их все имена,

Знаю только – мои одноклассники.

Вот мальчишки стоят как стена,

Что-то будет – они ведь проказники,

Я не помню их все имена,

Знаю только – мои одноклассники.

Словно шторм нас трепали года,

Мы по жизни идем словно странники,

Мы встречаемся здесь иногда,

Говорю вам: привет, одноклассники!

Осень

Я иду по осенним коврам

Их узоры как книгу читая,

Как посланье далеким мирам,

Что планета у нас молодая.

Что нигде нет осенних красот

И таких же закатов, рассветов,

Что живет у нас разный народ

С языками, культурой и цветом.

Может, кто-то уже среди нас

И ему тоже нравится осень,

Он подаст им трубой звучный глас

И они прилетят ровно в восемь.

Пьедесталы

Я пришел потеснить пьедесталы,

Сотворенные в разное время

Из цемента, гранита, из стали,

Их творцы - комсомольское племя.

Мы сидели в блаженстве и лени,

Пожиная плоды перестройки,

А у них был учителем Ленин

И закалка партийной прослойки.

Они снова создатели партий

По заветам «отца народов»,

Снова нас посадят за парты

Конспектировать каждое слово.

Северюхины

Наш предок общий – Северюхин

На Вятке жил в глухом лесу,

И хлеб он резал на краюхи,

Молился только колесу.

В избе богато северюшек,

Все русаки и синь в глазах,

Отец нарежет им зверюшек,

А в праздник едет на базар,

Чтобы купить детям гостинец,

Какой угодно – городской,

Вот на рубашки детям ситец,

Младшой – свистулечка с водой.

Давным-давно все это было,

Деревни заросли быльём,

И Северюхиных размыло

По свету вешенным ручьем.

Они собрались в Интернете

Из многих стран и областей,

Чтоб рассказать, что есть на свете

И где найдется всем сластей.

Горе

Если Горе решило

Поселиться в твой дом,

Ты накрой ему стол

С белым-красным вином.

Обойти и прогнать

Твое Горе нельзя,

Будут вас называть –

Горемыки – друзья.

Станет дом охранять

Этот горестный друг,

Будешь ты оживать,

И цветы зацветут.

А сестра Горя – Радость

Вновь украсит твой дом,

И придут в него гости,

И мы песню споем.

Муза

Если скажет жена,

Чтоб я Музу прогнал,

И убрал со стола,

Где стихи я писал,

Крепко Музу к себе я прижму,

Распушу ее белые крылья,

И в нирвану я с ней улечу,

Растворюсь в небе огненной пылью.

Погода

Настроенье мое как погода,

Утром солнце, а к вечеру дождь,

Сколько раз за каких-то полгода

Говорить мне приходится ложь.

Только ложь эта чистая правда,

Ведь нельзя говорить то, что есть,

Для меня ты приходишь наградой,

Попадаясь в правдивую сеть.

Я люблю тебя только сегодня,

Завтра солнце, а к вечеру дождь,

Я стою у тебя под балконом

И слова мои чистая ложь.

Грустно

Почему мне сегодня так грустно,

Вроде лето и всюду цветы,

В своей жизни шагаю как путник

По дорогам своей широты.

Моя память хранит все, что было,

Словно книга, абзац, переплет,

Будто дышит мне кто-то в затылок

При посадке в большой самолет.

Снова я от тебя улетаю

И как день промелькнул целый год,

Знаю, есть в нашем храме святая,

Что стихи мои тихо прочтет.

Ночь на Ивана Купала

В море глаз я с размаху бросаюсь

И плыву в облаках женских дум,

Не такой я мужчина-красавец,

Просто я древнерусский колдун.

И стихи мои сложны как веды,

Уголь капищ мне вместо чернил,

Много яств в своей жизни отведал

И в свое удовольствие жил.

Только в ночь на Ивана Купала

Мне откроется тайна одна,

Приплывет ко мне девушка-пава,

Говоря, что она мне верна,

И что кончится все на рассвете,

Когда в селах поют петухи,

И что я капитан на корвете,

И водою мы смоем грехи.

Позабудь

Позабудь об усталых рассветах,

Позабудь о бессонных ночах,

Позабудь, что ходил я по свету

И в твоих отражался очах.

Знай, что это тебе лишь приснилось,

Словно все это было в кино,

Ты сидела тихонечко с милым

И смотрела в цветное окно.

Мы с тобой дочитали страницу,

Вот и точка, и слово «конец»,

Отпусти свою птицу-синицу

И ударь со всех сил в бубенец,

Пусть весь мир запоет и запляшет,

Будет праздник прощанья любви,

И костер запылает на пляже,

И исчезнет в сполохах зари.

Ночные полеты

Я вошел в незакрытую спальню,

Полумрак, лишь один ночничок,

Ты была в одеянии бальном

И хрустальный в руках башмачок.

Я тебе предложил свою руку

И налил красно зелье в бокал,

Полетим и разгоним мы скуку

На полуночный с масками бал.

Будешь ты очень доброю феей,

А я принцем из призрачных стран

И на темной у замка аллее

Обниму тебя крепко за стан.

Мы вернемся с тобой на рассвете,

Ты на юг, я к себе в севера,

На груди твоей цвет-семицветик

И ладошка моя в клеверах.

Женская убаюкивающая

Спите женщины спокойно,

Пусть вам снится солнца круг,

И лихой казак-разбойник

Поведет коня на луг.

На коне верхом проскачет,

Под фуражкой черный чуб,

И рубашка от «версачи»,

И во рту блестящий зуб.

Не волнуйтесь, то не ваше,

То чужой обрывок сна,

Серый волк гуляет в чаще

У девичьего окна.

Это принц завороженный

Синевой прекрасных глаз,

Он сегодня острожен

И будить не хочет вас.

Он в постели вашей будет

Как мечта, как сладкий сон,

И глаза как изумруды,

И красив со всех сторон.

Казанова

Повторяется снова и снова,

Шаг шагну и на все обиды,

Будто я с бородой Казанова

И на женщин имею виды.

Да, в роду моем Дон-Жуаны,

Дядька мой чудодей Калиостро,

И деревья у нас не бананы,

И Россия не в море остров.

Я родился в семействе кошачьем,

По-китайски - я сын Тигра,

Мои лапы приносят счастье

И блаженство в любовных играх.

Без правил

Я без правил веду беседу,

Но отвечу на все вопросы.

Где я был до обеда в среду?

Выходил покупать папиросы.

Почему я весь в поцелуях

И прическа как после драки?

Это ветер, я был на людях,

Остальное сплошные враки.

Почему я вернулся поздно

И где был я четыре года?

Ты сказала, что я свободен

И что нет от меня дохода.

Стал тогда я живым товаром,

Раздевался для вас за деньги,

А тебе я достался даром

И стою я у тебя на ступеньках.

Можешь молча закрыть двери,

Займу место в пустом вагоне,

Стану в джунглях я хищным зверем

И меня ты уже не догонишь.

Зачем тебе наколенники

Поклоны бить

У иконы,

Ушли твои наследники

Лес рубить

На зоне.

Они не борцы

За счастье

Народа,

Они травки курцы

И зелья

Уроды.

Себе проси

Прощенье

У Бога,

Свой крест неси

В одеянье

Убогом.

А, может ты,

Торговец

Смерти,

И твой погост

Творец

Отмерит.

Сонет

Уймись, душа моя, довольно

Смущать собою этот мир

И по по желанью, и невольно

Вновь затевать любовный пир.

Смутить девицу очень просто

Манерами и сладкими речами,

И пожеланьями для тоста,

Ночной поездкой с лихачами.

И вот она уже твоя, навек

И жить не мыслит без тебя,

А ты готов ли, человек,

Отдаться так же ей, любя.

Пустившись как-то в приключенья,

Знай грань для умопомраченья.

Чего ж ты такая капризная

Чего ж ты такая капризная,

Семь пятниц на каждой неделе,

Я мягкий, но не подлиза

И в лавке твоей не сиделец.

Я тигр и люблю свободу,

Мне лапы связать невозможно,

Я пью и вино, и воду

И шпага в руках, а не в ножнах.

Я часто бываю как Карлссон

С пропеллером, руки как крылья,

Дружок мой летун Аполлон,

Команда моя – эскадрилья.

Летающих тигров на свете немного,

Как киса пушистых, потрогай.

Кошка

У ласковой кошки острые когти,

Даже мурлыча, готова всегда

Крепко вцепиться в кусок живой плоти,

Если вам нравится так, господа.

Кошка без дома всегда беззащитна,

Кошку обидеть совсем уж легко,

Кошка прогонит от вас чертовщину,

Если ей в чашку нальют молоко.

Кошка разбудит всегда на работу,

Ночью придет, если вдруг загрустит,

Скажет спасибо за вашу заботу,

Даже в бессонницу вас усыпит.

Когда ждет в доме кошка ваша,

То будет в доме полна чаша.

Тигр

Спокойнее тигра животного нет,

Воспитан, умен, полосат,

Красавиц готовит себе на обед,

Не кушать, себя развлекать.

Тигриный характер большая загадка,

В глазах его солнечный свет,

И даже в ночи замерцает лампадкой,

Он будто бы здесь, а, может, и нет.

Под лапой тигриной не дергайтесь, дамы,

Он встанет и важно уйдет,

На сердце огромном появятся шрамы

И тихо шепнет – незачёт.

Тигриной попробовав ласки,

Сгущать не вздумайте краски.

Меланхолия

Подружка пришла меланхолия

Рядом сидит и ногти мне холит,

Как будто в огромном холле я

И к сайтам забыл все пароли.

Мы в мире огромном остались одни,

Только я и моя наяда,

Где-то вдали мерцают огни

На пределе зоркого взгляда.

Пойдем, я тебя усыплю

Сказками тысяча пятой ночи,

Вот корабль, становись к рулю

И правь, пока ветер устойчив.

В каюте готово и ложе, шербеты,

И танцы индийских красавиц,

В бокале вино и дым сигареты,

Иди и тебе все понравится.

Песни памяти

Мне все память напевает

О рассветах в прошлом мире,

О далеком, дивном крае

И о звонких песнях лиры

О ветрах, надувших парус

У корвета в океане,

Вьется сизый дым сигары

Над водой вечерней ванны.

Выйду я в своем халате

И предстану перед вами,

Морских солей ароматы

Не опишешь и словами.

Ангел

В волшебном сне сейчас летаю,

Я как ангел, два крыла,

А вот и дом, шестой от края,

Где вчера меня ждала.

Погасли свечи на рассвете,

Потух рубин в нетронутом вине,

Бывает по две решки на монете,

Ты плохо не подумай обо мне.

Сегодня я приснюсь тебе под утро,

Возьму на руки, в вальсе закружу,

Нальем вина за здравие Амура

И предадимся кутежу.

Бархатная Грузия

Бархатная Грузия, желтый апельсин,

Нина Бурджанадзе, Мишенька грузин,

Власть себе забрали как букетик роз,

И живут спокойно, не боясь угроз.

Добрый Буш из Штатов им родной отец,

Мама Кондолиза и Багапш наглец.

Есть еще Кокойты – южный осетин,

Покажись, какой ты, вовсе не грузин.

Может, Мишу скинут, забросав изюмом,

Это сейчас модный заграничный юмор.

Или же начнется в Грузии война,

Вот тогда все скажут, что вам всем хана.

Если придет витязь в той тигровой шкуре,

С ним придут успехи и в литературе.

Если витязь мудрый, не страной торгаш,

Будет с ним работать и Сергей Багапш.

Пусть грузин не любит родину мою,

Я на это дело просто наплюю.

Было нам прекрасно и без них житье,

И чинил бы Сталин старое шмутье.

Или стал грузинским деспотом-царем,

Мы бы вас жалели каждым ноябрем.

Вы себе найдете по себе царя,

Значит, и живете на земле не зря.

На Дону

По Дону гуляет дивчина одна,

В кудряшках прически морская волна,

В зеленых глазах не увидишь ты дна,

Любого она остудит скакуна.

Она и студентка, она и художник,

И платье сошьет для похода в театр,

Поймает коня и на поле стреножит,

И шашку возьмет как заправский гусар.

И в чопорном зале пройдет королевой,

И взглядом своим как огнем обожжет,

По жизни была она пиковой девой,

И липли мужчины, как мухи на мед.

Прощание

Я прощаюсь с тобой, мой любимый,

Ни на час, ни на день – навсегда,

Нас венчали из крови рубины

И в венки вплетена резеда.

Я огромной тебе пожелаю удачи,

Быть живым и с победой в бою,

О тебе я сегодня не плачу,

Я молитву в слезах пропою.

Если встретишь в дороге другую,

Будь с ней нежен, как будто со мной,

Я тебя ни к кому не ревную,

Все равно ты единственный мой.

23 февраля

Нам дали дату наугад,

Что, мол, геройский этот день,

Что был разбит заморский гад,

Пожегший сотни деревень.

А в это день все разбежались,

Россия есть, защиты нет,

Что засевали, то и жали,

Забыв суворовский завет.

Да только были офицеры,

Что воевали за царя,

Не большевик же был примером,

В тайге создавший лагеря.

Потом война, потом привыкли,

Все дети армий и флотов,

Нальем по стопке из бутыли,

К защите родины готов?

8 марта

Я вас поздравлю утром ранним

Стихами нежными, цветными,

Приду во сне совсем нежданным

И с ароматом свежей дыни.

Я при тебе ее разрежу

И поднесу кусок к губам,

Я все могу, я ангел грешный

И всю тебе ее отдам.

Я был сейчас на дальнем юге,

Там на полях цветут тюльпаны,

Там не гуляют злые вьюги

И спят притихшие барханы.

Проснешься ты, меня не будет.

Лишь на губах приятный вкус,

Такое снится при простуде,

Когда цветет мимозы куст.

***

Наконец, я свободен как птица,

Стряхнул с крыльев своих нафталин,

Оставайтесь внизу изумленные лица,

Полечу я по небу один.

Но и в небе сейчас стало тесно,

Самолеты, ракеты, орлы,

Небосвод над землей почти треснул

Где-то там, у горы Шамбалы.

Может, нужно подняться всем в небо,

На себя посмотреть с высоты,

Пусть ослы говорят – я там не был,

И уйти от людской суеты.

Муза

Меня недавно муза посетила,

Пришла и села у окна,

Поговори со мною, друг мой милый,

И расскажи, откуда седина?

Седина моя пришла от женщин,

От их взглядов, нежных ласк,

От домашних и от манекенщиц,

С ними я и всадник, и рысак.

Если есть по жизни вдохновенье,

Муза мне ответила моя,

Не теряй единого мгновенья,

Или я не женщина твоя?

Любовь-царица

Как только лето пролетит,

Я превращаюсь в журавля,

Моя душа кричит – лети,

Там за морями есть земля

И там живет Любовь-царица

В дворце хрустальном в облаках,

Она в глазах моих искрится,

Синичкой прыгает в руках.

Никто царицу ту не видел,

Не танцевал с ней на балах,

Она приходит в скромном виде,

Но выступает как княжна.

Её ты лаской завоюешь,

Сведешь с ума своим стихом,

И то, что вы в одной каюте,

Не назовет никто грехом.

Сон

Мне говорят, что я бродяга,

И мой костюм как балахон,

Что плачет обо мне тюряга

И дом мой – воровской притон.

Вокруг меня все тени-люди,

Никто не слушает стихов,

Гремят шампанского салюты

Под звук спешащих поездов.

Такая жизнь как будто пламя,

Сжигает души, варит кровь,

И что же происходит с нами,

Где семьи наши и где кров?

Ослик

Ослик тянет подпругу,

Ослик ходик по кругу,

Крутит он колесо

И живется ему хорошо.

До него здесь был папа

Пот с него тоже капал,

И он тоже крутил колесо,

Спросят, как? Хорошо.

А до папы был дед,

Кушал сено в обед,

Заманили обманом,

Раньше был с караваном.

Было трудно в песках,

От разбойников страх,

А придут в Бухару,

Дадут хлеб поутру.

Был хорошим баши,

Не жалел барыши,

Старый был аксакал,

Он как конь с ним скакал.

Мне отец рассказал,

Когда я в круг попал,

Он мечтал о восходах,

О боях и походах.

Встану я утром рано

И уйду с караваном,

Оборву я подпругу,

Не пойду я по кругу.

Панель

Каждый год уезжаем мы в горы,

Покоряем все в мире вершины,

А у дам про панель разговоры,

Где бывают от Бога мужчины.

Все мечтают побыть на панели,

Мини-юбка и длинный сапог,

В крутой тачке прилечь на колени

И за домом крутой поворот.

Не собрать на панели всю зелень,

По панели не катятся вверх,

Катафалк с гробом тянется еле

И за ним неотпущенный грех.

Пегасы и Парнасы

Вчера собрались на Парнасе

Пять тысяч фирменных Пегасов,

Заволновался вдруг «Гринпис»,

Летите, братцы, лучше вниз.

Чтоб до Парнаса долететь,

Немало сена нужно съесть,

Создаст потом Пегас продукт,

Есть на земле такой же фрукт.

Пегасов делают в конюшне,

Спецы там где-то на Парнасе,

Дают по блату самых лучших,

Была б записка к дяде Васе.

Размах крыла – большое стойло,

Подковки – злато, серебро,

В ведре «будвайзерское» пойло

И в крыльях писчее перо.

Хорош Пегас, и ест немного,

Да только Музы нет со мной,

Любой мне скажет – это много,

Но может Муза стать женой.

Опять в природе понедельник

Опять в природе понедельник,

Начало новых славных дел,

И я по сути не бездельник,

Но в воскресенье не успел

Поспать еще хотя бы часик,

И полежать в своей кровати,

И в этой нежной ипостаси

Считать курантов перекаты,

Что отмеряют миру время,

Считая дни, часы, секунды,

Легко поставив ногу в стремя,

Мы скачем в ритме амплитуды

Туда, в туман за синей птицей,

Что манит нас к себе крылом,

То притворится вдруг девицей

С одним хрустальным башмачком.

Такая сказка в понедельник

Мне снится уж в который раз,

И пара туфелек модельных

Лежит на коврике сейчас.

Трамвай № 1

Лежу я на рельсах, трамвай поджидаю,

Курю сигареты с гербом СССР,

Попил бы сейчас я с баранками чаю,

Но ляжет на рельсы сосед-лицемер.

Меня он подначил лежать под трамваем,

Роман написать как «Карениной сын»,

И где-то стучит, провожаемый лаем,

Трамвайчик веселый маршрута один.

Наивное

Если тебя победили без боя,

Грязью облили свои же цари,

Будешь искать для себя ты героя,

В полдень включая везде фонари.

Вот он пришел, неизвестный и скромный,

Просто для шутки, приемыш в семье,

Был удивлен этим мир наш огромный,

Кто-то тихонько сказал: е-е-е...

Был поначалу семье очень предан,

Ставил на тех, кто служил в кэгэбэ,

Дал убежать тем, кто родину предал,

Взял себе кран на заветной трубе.

Сразу и цены на нефть подскочили,

Деньги мешками валились в стабфонд,

Вроде страна расправлять стала крылья,

Вот вам российский Джеймс Бонд.

Питером стали пугать несогласных,

Нефтекомпании, Зимний дворец,

Белые ночи, фонтаны прекрасны,

Только и сказкам приходит конец.

Лето за летом прошла восьмилетка,

Все по закону, спасибо, привет,

Партия «мишек» в красивых жилетках

Хочет, чтоб правил еще он сто лет

Хоть президентом, хоть лидером наций

Или царем всех российских краев,

Выборы станут простой коронацией,

Песней влюбленных в него соловьев.

Рыбка золотая

Ночевала Рыбка золотая

На груди поэта бунтаря:

В плечах сажéнь косая,

Старые в полоску прохоря.

Среди ночи он зашевелился,

Не дает покоя рыбий дух,

Встал и водочки напился,

Но закуски нет к его стыду.

Не будить же ему гостью,

Горы золотые обещал,

Наслаждался ночью ее плотью

И романсы тихо напевал.

Если попросить еды у Рыбки,

Пропадет напрасно волшебство,

И братвы нахальные улыбки

Как завод пружины часовой.

Положил он Рыбку в ее банку

И отнес в ближайший водоем,

На свободу рыбоньку-рязанку!

Вот об этом песенку поём.

Сны ночные

Поздней ночью не спится всё мне,

Мысли ходят вокруг табуном,

Кто-то машет рукой на Луне,

Мелкий дождик идёт за окном.

Может, это всего лишь усталость

Или Муза стремится ко мне,

Только в грёзах моих показалось,

Что я с шашкой на чёрном коне,

В чёрной бурке, в лохматой папахе,

Блеск клинка всех врагов ослепит,

Словно зверь вдруг проснулся в рубаке,

Когда ночью он снова не спит.

В день медицинского работника

Спят все люди в огромной стране,

Только врач на дежурстве не спит,

Он как всадник на резвом коне

Мне наносит врачебный визит.

Он считает мой пульс по часам,

Через пальцы стучит по груди,

Если б мог, исцелился я сам

И врача по ночам не будил.

Только часто нас лечит общенье,

Глас приятный, домашний рецепт,

Рюмка водки и с чаем варенье,

И уютный для жалоб жилет.

Сельское

Пять бутылок, три весёлых парня,

На закуску яблоко - апорт,

Поломалась в городе пекарня

И упал у мэрии забор.

Мэрия, конечно, это громко,

Это просто старый сельсовет,

Вечерами людям одиноко,

Попугаев для веселья нет.

Ну и хрен с цветными воробьями,

Не идут они на сытный суп,

Собрались, однако, мы с друзьями

Водочки с устаточку хлебнуть.

Быстро мы наполнили стаканы,

Яблоко, однако, не видать,

То ли утащили тараканы,

То ли попугаи, мать их так.

Прилетели с Уругвая на рассвете,

Обосрали по округе все столбы,

Матом обругали всех на свете,

Отголоски классовой борьбы.

Так вот мы остались без закуски,

На троих занюханный рукав,

В Африке какой-то новый русский

Огурца давненько не видал.

Ходит вдоль высокого забора,

От жары и мух совсем устал,

Яблоко нашёл он для раздора,

Кто-то в лоб ему попал.

Песня

Я ее повстречал

На рассвете в тумане,

Был пустынен причал

И бутылка в кармане.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

Она ждала меня,

Сунув руку в карман,

Посветила луна,

Я увидел наган.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

Ну, стреляй же в меня,

Нас никто не услышит,

Мы пока не родня

И нет дома под крышей.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

Я таких маньяков

За ночь много стреляю,

Но как ты, женихов,

Первый раз я встречаю.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

С той поры уж прошло

Десять весен и зим,

Я нашел ремесло,

У меня лимузин.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

А девчонка моя

Завела дом моделей,

Мне нельзя ни хрена

Посмотреть на газелей.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

Каждый год по весне

Водку пьем мы в тумане,

Видно мне при луне

Семь патронов в нагане.

Эй, девчонка, постой,

Выпей водки со мною,

Человек я простой,

Будешь верной женою.

Жена пирата

Я целую вам кончики пальцев,

Чтоб сказать, как я сильно люблю,

Закружу вас в таинственном вальсе

И верхом вас умчу к кораблю.

И в каюте под песню прибоя

Я отдам вам навеки себя,

Нас отныне всегда будет двое

И дадут нам названье семья.

С вами нас обвенчает священник

С бородой и с кинжалом-крестом,

Вам морское устрою крещенье

И к себе поманю я перстом.

Вот пистоль, абордажная сабля,

Там, в тумане – богатый «купец»

И наш бой будет в море как капля

Под набатом горячих сердец.

Если я вдруг исчезну в пучине

В вас признают друзья вожака,

Бочка с ромом прогонит кручину

И тверда будет в схватке рука.

Память

На опушке лежал я в тенёчке,

Слушал как мне шептала трава

О разгульных весёлых денёчках

И кружилась тогда голова

От прогулок с тобою у моря,

От приветливой ночью волны,

Вкус воды тогда был очень горек

И манила дорожка луны

По ней вместе с тобой прогуляться

И покрасить себя в серебро,

Разум мой говорил – возвращаться,

А вот бес меня стукал в ребро.

Тигр

Усатый тигр лежит и дремлет

Вблизи тропы на водопой,

И лишь в кустах знакомый шелест

Его нарушить мог покой.

Солнце палит, Сибирь, потепление,

В тундре ананасы и тигры,

То ли повезло моему поколению,

То ли опять у природы игры.

Непонятное

Он прибыл к нам летом

В каком-то году

Безусым корнетом,

Пистоль на боку,

С московских хлебов

Офицер-декабрист,

И к службе готов

Референт-тракторист.

Он к бревнам большим

Прицеплял порося,

Чтоб утром поймать

На живца карася.

Да только не шли

На крючок караси,

Зато отдохнули,

Любого спроси.

Гонял он по бревнам

Бесхозный ДТ,

В гражданской одежде,

В кармане ТТ

И с ним на «чугунке»

Он службу служил,

С гудком паровозным

Он жил не тужил.

Ему на здоровье

Нальем мы бокал,

Чтоб утром с застолья

Никто не икал.

Стихи разных стилей

На Амуре поставлен Хабаровск,

Вырос город из старых хибарок,

Мимо города ходит кета,

В серебре с головы до хвоста,

Не для всех сейчас этот приварок.

***

За Байкалом есть город Чита

Из деревни «чи та, чи не та»,

Край суровых степей

И кандальных цепей,

Как и раньше для всех сирота.

***

Вот Даурия, дальше Отпор,

Словно где-то ударил топор,

Всюду доты и пушки в чехлах,

Варят мясо монголы в котлах

И заглох у машины мотор.

***

Забайкальск как дыра на границе двух стран,

Нескончаем идет челноков караван,

Все хотят себе масло и хлеб,

Здесь Китай продает ширпотреб,

И опутал людей легких денег дурман.

***

Город Омск был столицей России,

Но князья город тот подкосили,

Академгородок не у них

И «чугунка» живет у других,

Зато храмов всех больше в Сибири.

***

Говорили всегда – златоглава Москва,

Но пошла по Руси очень злая молва,

Что все деньги бросают они на лужки,

И пасутся на них и министры, князьки,

Надо в гости идти, засучив рукава.

***

Сонетом в поле завывая,

Несешь поэту ты хулу,

Быть может, дева молодая,

Стоишь тихонечко в углу,

Себя по имени не зная.

***

В осеннем небе гром поет,

Как музыка гремят его раскаты.

Я вышел на утес, как дирижер,

Там ливень за моей спиной,

А впереди пятно – Валгалла.

***

На этом свете, словно посторонний,

То крепко сплю, то резко просыпаюсь,

Я человека измеряю в глубину,

Целую, нежно провожу рукой,

Она, как Бог, и я не удивляюсь.

***

На перепутье я – не Бог, не человек,

Людские мне не чужды беды,

Мой памятник останется в земле.

Сотрет всем память Времени поток,

И милые друзья уходят безвозвратно.

***

Не сидится тихонечко дома

Председателю Центризбиркома,

В Интернете открыл дневничок,

Имя выбрал простое - Стрючок,

Будто он для всех старый знакомый.

***

Не сидится тихонечко дома

И работникам Центризбиркома,

Тоже взяли себе дневнички

И сидят, набирают очки,

Ждут команды из Центризбиркома.

***

А начальник с работы и дома

Хвалит деятельность Центризбиркома,

Либеральным он был демократом,

Дали пост - стал по выборам хватом,

И имеет четыре диплома.

***

А сейчас его мучают думы,

Чтоб ЕдРе быть единственной в Думе,

Или быстро погонят с работы,

Не оценят работы в субботу,

Не нужны им в Москве тугодумы.

***

Посмотрите, сидит словно школьник,

Пишет коммы с своей колокольни,

Знает полностью Путина план,

Прямо так вот читал его сам,

И стал плана того он невольник.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Продали слона в магазине.

И палочки, как два бревна,

Чтоб рисом кормить слона,

Но слон-то был из резины.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Лапшу принесли в корзине,

И блюдо японское "суши",

И палочку черной туши

Себя рисовать на камине.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Учиться пришлось дисциплине,

Не бить по плечу партнера,

Не браться за руль у шофера,

Жить так, как живут на чужбине.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Жениться пришлось на княгине.

Жила она в эмиграции,

Давала уроки грации,

Мечтала всегда о мужчине.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Подарен был пес далматинец,

Щенок такой маленький,

И носик был аленький,

Пошло все под хвост этой псине.

***

Одному коммерсанту в Пекине

Учить всех пришлось матерщине,

Куда посылать на прогулку,

Куда поставить шкатулку,

И что сломалось в машине.

***

Один коммерсант в Пекине

Грибы продавал в магазине,

Маслята, лисички, опята,

Соленые грузди в ушатах,

И даже сморчки на витрине.

***

Роднят всех людей стихи,

Что с мира снимают грехи,

Мотивы весеннего сада,

Энергия женского взгляда,

И люди на свете совсем не плохи.

***

Один дирижер из Ниццы

Воды захотел напиться,

И пил минеральную воду,

И к ней добавлял он соду,

И все из-за острой пиццы.

***

Один дирижер из Ниццы

Хотел на певице жениться,

Вчера утром рано

Певицы услышал сопрано

И быстро уехал из Ниццы.

***

Один дирижер из Ниццы

Смотрел, как летают птицы,

Как в море плывут корабли,

Над ними летят журавли.

Эх, лучше нет птицы - синицы!

***

Один дирижер из Ниццы

Купил для вязанья спицы.

Жену, что играла на арфе,

Просил связать ему шарф.

Она же связала ему рукавицы.

***

Один дирижер из Ниццы

Для дочки своей баловницы

Купил колдовскую метлу

И дома поставил в углу,

Как все дирижеры из Ниццы.

***

Один дирижер из Ниццы

В театр поутру стал ломиться.

Смотрите, уже семь часов,

И нет никаких голосов,

Когда же у нас репетиции?

***

Я сегодня пришел тихо в храм

И я Господу славу воздам,

Пред святыми покаюсь в грехах

И дары не оставлю в руках,

Но пойду, ждет у двери мадам.

***

Как не раскрыта тайна шахмат,

Так не изучен русский мат,

И в результате ста теорий

Стоит в глуши лабораторий

Бутылка водки, сала шмат.

***

Если в гости пришла скукота,

Возьми и погладь на диване кота,

Поставь по бегу рекорд,

Возьми на гитаре аккорд

И спой, если будет охота.

***

Женщины, как пушинки,

Легко попадаются в паутинки.

У окна пятую вяжу сеть ...

***

Я кошку погладил.

Сидит и мурчит.

Как мало надо для счастья.

***

Семь птичек на ветках

Нам ноты создали

Для свадебной песни.

***

Много в мире красивых гор.

Сводят меня с ума

Горки твой груди.

***

Съесть ананас

Хитрость и ловкость нужна.

А на нас у неё её нет.

***

Китайский язык

Трудный. Зато вкусный

Говяжий язык.

***

Один сижу

За накрытым столом.

Веселюсь за всех.

***

Грусти слеза

На осеннем стекле.

С первым морозом сверкнет как алмаз.

***

Долго патрон снаряжал,

Выстрелил громко и в цель.

Рядом лежу без сил.

***

Чувствую взгляды

Прекрасно-опасных глаз.

Сытый всегда хожу.

***

Палочки могут

Нежного риса вкус сохранить.

Женщину трогай руками.

***

Палочки могут

Рисинку с пола поднять.

Женщину ими не сможешь раздеть.

***

Палочки могут

Ресничку как надо согнуть.

Нежность хранится в руках.

***

Красный халат красив,

Шили с душой мастера.

Брошен небрежно у брачного ложа.

***

Женское тело,

Как роз лепестки, возбуждает.

Ковшик воды оживить помогает.

***

Женщины все прекрасны.

Чем прекрасней, тем они опасней,

Даже слепой подтвердит.

***

Девочку дергал за косичку,

Выросла длинная коса,

Девочка меня за душу дёргает.

***

От любви к тебе

Спрячусь за высокой горой.

Твой взгляд через камень ранит.

***

Гляжу на гору,

Вижу только тебя.

Я всегда о тебе думаю.

***

Стать твоим рабом?

Если так хочешь - стану.

Приятно повелевать хозяйкой!

***

Не сердись, вместо цветов

Я принес много-много сена.

Буду купать тебя в молоке.

***

Поцелуй с утра

Тревожит желанье весь день.

Смотри, не сгори.

***

Камни бросай

В ручеёк признаний.

Приедается даже мёд.

***

Посадить хочешь дерево?

Посади в большом саду.

Возраст твой не выдаст.

***

Свойство молодости -

Молодеть рядом с другой молодостью.

Зрелость она превращает в старость.

***

Можно срубить

Самый высокий и сильный дуб.

Только зачем он тебе нужен?

***

Можно прельстить

Самую красивую и молодую женщину.

Пусть полюбуются люди прекрасной вдовой.

***

Полная вышла луна,

Посеребрила дорогу к тебе.

Босиком побегу даже в снег.

***

Может, черёмуха русская

Хуже японской сакуры цветёт?

Лучше, где родину любит народ.

***

Мир не печален,

Печальны живущие в мире.

Им бы и мир сохранить.

***

Кто-то печальный

Носит улыбку от уха до уха.

И Гуинплен так же смеется.

***

Лечит печали

Мой друг драгоценный.

Я его тоже лечу.

***

Если печаль свою

В старые вещи подальше упрятать,

Можно её навсегда потерять.

***

Мне по ночам

Являлась женщина во сне,

Что на тебя похожа очень.

***

Стихи свои

Тихонько пела мне.

Красиво очень.

***

Я в облаках

Ее улыбку находил.

Приятно очень.

***

Я у реки

Свои ей песни пел.

Стеснялся очень.

***

Теперь я знаю,

Далеко живет она.

Печально очень.

***

Я знаю,

Знает и она сама,

Чего хотим мы очень.

***

Бегут глаза

По тундре влево, вправо.

Он знает все.

***

Сидит и знает

Для всех большую тайну.

Себе уже сказал.

***

Его шальные мысли

Над морем низко полетели.

И улеглись на сердце.

***

Совсем другие мысли

С моря криком прилетели.

И тоже в сердце улеглись.

***

Огромная луна

К тебе дорожку осветит.

На сердце светит.

***

Не знаю, почему

В душе живой огонь горит.

Маяк для встречи.

***

Портрет из сна

Со мною просто говорит.

Поверю в чудеса.

***

Рейтинги растут и падают,

Люди их поднимают и радуются.

Памятники сами по себе стоят.

***

Вся рыба для всех,

Приглашай друзей и угощай.

Один костью подавишься.

***

Солнце приходит с Востока.

С Запада надвигается темная ночь.

Фонарь всегда светит ровно.

***

Для тебя убрал букву,

Завтра гору сдвину в сторону.

Спой мне ту песню.

***

Трудная жизнь,

Во льдах выживание

Дорого стоит.

***

Легкая жизнь,

Из ума выживание -

Денег не надо.

***

В тундре один,

Хорошо веселимся -

Дети природы.

***

Город большой,

Думают все о природе,

В кустах посидеть.

***

Гриб-мухомор

Нам добавит веселье,

Это не водка.

***

Кровь застоялась,

На снег капнем нефти,

Приедет геолог.

***

Режу я кость,

Берут у меня за копейки,

Не хватит моржей.

***

Песню пою,

Сбегаются звери и птицы,

Русский смеется.

***

Всем я мешаю,

Уйду к верхним людям,

Никто и не вспомнит.

***

Десять собак,

Ездил в Америку,

Легкие нарты.

***

Видел я чукчей,

Себя стало жалко,

К черному камню пойду.

***

Рыбу оставлю,

Сяду на лодку из шкуры,

Верхний хозяин найдет.

***

Не хотела она

Поначалу. Захотела Любовь,

И она захотела.

***

Лёд хрустальный

С водкой в бокале высоком.

Лечит простуду зимой.

***

Быстро послали гонца

В аптеку за пивом элитным.

Там его тоже послали.

***

Грусти слеза

На осеннем стекле.

С первым морозом сверкнет как алмаз.

***

От любви к тебе

Спрячусь за высокой горой.

Твой взгляд через камень ранит.

***

Нежный поцелуй

Будоражит всю жизнь.

Горю им с утра до утра.

***

От радости

Не стреляй просто так в небо.

В небе амуры летают.

***

Камни бросай

В ручеёк признаний.

Приедается даже мёд.

Тучами не закроешь Солнце.

От дождя не спасает зонтик.

От Любви убежать невозможно.

***

Капелька яда лечит.

Капля любви убивает.

Лучше умереть в муках счастья.

***

Умный в гору не пойдёт.

Фудзияма с ума не сведёт.

Умный бабу обнимёт.

***

И кони пьют

Не только водку.

Вода им тоже по нутру.

***

Накрытый стол для одного

Примета к скорому богатству.

Не нужно только лишь пугаться.

***

Коньяк бочковой -

Созиданье природы.

Но он не сближает народы.

***

Вот кактус растет

И там гонят текилу.

И что она даст современному миру?

***

Вот скотское виски,

Самогон на орехах.

И дружба народов в огромных прорехах.

***

И русская водка,

Чиста, как слеза.

И сразу сияют от дружбы глаза.

***

Пьют саке

На фоне Фудзиямы.

Однако, японцы.

***

За уши

Не оттянешь от суши.

Однако, японцы.

***

Глаза узкие,

Рожи пьяные.

Не поймёшь, кто.

***

Японец с похмелья

Без мата ни шагу.

Наш человек.

***

И чукча без мата

С похмелья ни шагу.

Все люди - братья.

***

Все хайку читают,

То чукчи, однако.

А, может, японцы.

***

Все молятся Солнцу.

Все дети Природы.

За водкой сдружились народы.

***

Подвальчик с черновиками

ты в теплой воде рассекала

все волны прошедших забот,

а где-то гроза засверкала

и радуги столб в небосвод

с бабочкой отправил я тебе привет

будто сам купаюсь я в твоей воде

будто мне сегодня восемнадцать лет

и нет ни сединки в темной бороде

я ноги касаюсь тоненьким крылом

ветерок играет с почтой-мотыльком

от волненья мышцы у меня свело

наполняй быстрее рюмку коньяком

никто не знает, что бывает

то вдруг весна среди зимы

то елку наряжают в мае

и новый год встречаем мы